«Ну закон такой тупорылый, извините». Силовики устроили обыски у уехавшей журналистки Светланы Прокопьевой
Светлана Прокопьева, 6 лет назад осужденная за рассуждения о причинах теракта в здании ФСБ Архангельской области, сейчас преследуется за «дискредитацию» российской армии. 21 октября в ее российских доме и квартире прошли обыски, хотя она не появлялась в России уже более трех лет.
Силовики пришли с обыском в квартиру и деревенский дом журналистки Светланы Прокопьевой в Псковской области. Преследование связано с уголовным делом о «дискредитации» российской армии, возбужденным еще в 2024 году.
«Обыск был вообще лайтовый. Ничего не смотрели, ничего не искали; номер отбыли и ушли, — рассказала Прокопьева Barents Observer. — Это смешно, на самом деле. Я в 2023 году окончательно рассталась с Россией. То есть я не могла ни на каком “техническом средстве”, которое они могли бы при обыске найти, ничего написать. И зачем искать, если я авторство не скрываю?»
Светлана Прокопьева сейчас живет в Латвии. Во время обыска он сумела поговорить по телефону со следовательницей и попыталась объяснить, что никакого смысла в подобных следственных мероприятиях нет.
Она была очень вежлива и всячески подчеркивала, что мои права ни в коем случае не будут нарушены, у нас всё строго по закону… Ну закон такой тупорылый, извините»,
— говорит журналистка.
Светлана Прокопьева работает на «Радио Свобода» — СМИ, объявленное в России нежелательной организации. В 2023 году журналистку внесли в реестр «иностранных агентов».
«Это признак абсолютной деградации системы, — говорит Прокопьева об обысках. — Они делают это абсолютно бессмысленные вещи, подменяющие ту работу, ради которой эти рабочие места были когда-то созданы.
Они уже забыли, чем они по-настоящему должны заниматься. И начинается тупое, бессмысленное заполнение томов уголовного дела абы чем».
Это уже третий обыск в жизни Светланы Прокопьевой. Впервые силовики ворвались в ее дом в 2019 году после эфира о теракте в Архангельской области. Студент Михаил Жлобицкий подорвал бомбу в здании регионального управления ФСБ; Прокопьева в эфире «Эха Москвы» рассуждала о том, что причиной теракта стала репрессивная политика российского государства. Этот эфир и его текстовая версия легли в основу уголовного дела об оправдании терроризма, по которому Прокопьевой в 2020 году присудили штраф в 500 тысяч рублей.
В 2022 году, вскоре после начала полномасштабного вторжения, в квартире и доме Светланы Прокопьевой также прошли обыски.
«[Силовики] пошли по 11 или 12 адресам тогда. Всё это было связано с неподписанным постом в анонимном телеграм-канале, где чего-то было сказано про губернатора, — объясняет журналистка. — На пол меня положили, наручники на меня надели, дебилы тупые. Я в пижаме, в халате лежу на полу в наручниках. Подушку, говорю, мне дайте, а то неудобно… По-моему, они закрыли потом это дело, потому что нечего было и расследовать. Это был просто повод прийти, натоптать, вышибить дверь с ноги, забрать технику. Реальная акция устрашения».
Российские силовики регулярно устраивают обыски в домах политэмигрантов, заведомо зная, что разыскиваемые ими персоны там уже не живут, или преследуют их родственников. Так, к родителям другого журналиста из Пскова Дениса Камалягина силовики приходили целых пять раз в период с 2022 по 2024 годы.
