«Артикуголь» хочет расширить туризм на Свальбарде, но испытывает нехватку подходящих судов
За последние годы глава «Арктикугля» Ильдар Неверов неоднократно заявлял, что трест намерен вернуть Россию в арктический туризм. Самые громкие заявления прозвучали этой зимой, когда было объявлено о предстоящих семи туристических рейсах на Свальбард в 2026 году.
Государственный трест «Арктикуголь» испытывает острую нехватку судов для обеспечения перевозок на Свальбард. Об этом в интервью ТАСС заявил генеральный директор предприятия Ильдар Неверов.
По его словам, потребность в расширении флота существовала и раньше, однако с ростом объёмов перевозок проблема стала «острой» и даже «критической».
«Но у нас есть план по, скажем так, "расшиванию" этого логистического узла, и мы будем его придерживаться», — сказал Неверов.
Главной причиной сложившейся ситуации глава треста назвал дефицит судов, соответствующих требованиям Полярного кодекса для работы в высоких широтах. По его словам, таких судов крайне мало, а пассажирских — лишь единицы.
Ранее сотрудники «Арктикугля» и туристы могли добираться на Свальбард самолётами. После начала полномасштабного вторжения России в Украину и последующего ужесточения визовых ограничений со стороны Норвегии морской маршрут из Мурманска стал основным вариантом для российских туристических групп.
Сейчас «Арктикуголь» использует все доступные варианты. В частности, в перевозках задействованы грузовые и научно-исследовательские суда, а также яхты и маломерные суда, способные работать в период навигации.
Вероятно, Неверов говорил в том числе о туристических рейсах на Свальбард, поскольку раньше существующих мощностей хватало для обеспечения российского присутствия на архипелаге. Сложности возникли после того, как трест объявил о планах значительно расширить туристическое направление. Выяснилось, что реализации этих планов мешает отсутствие достаточного количества подходящих судов — проблему фактически признал сам глава «Арктикугля».
Отправить обычное пассажирское судно в арктические воды невозможно. Безопасность судоходства в высоких широтах регулирует международный документ — Полярный кодекс, который вступил в силу в 2017 году.
Судно, работающее в полярных водах, должно получить специальное Полярное свидетельство и соответствовать ряду технических требований. Они касаются защиты оборудования от обледенения, работы систем связи и навигации, наличия аварийного оборудования и способности экипажа действовать в экстремальных условиях.
Суда также разделяются на три категории: A — для работы в сложных ледовых условиях, B — для умеренных ледовых условий и C — для плавания в открытой воде или лёгком льду.
Парадокс заключается в том, что Россия располагает крупнейшим в мире ледокольным флотом и большим количеством современных судов, обслуживающих добычу и транспортировку ресурсов по Северному морскому пути. Однако пассажирских судов, специально подготовленных для работы в Арктике, значительно меньше.
Исторически туристов и полярников в северные районы часто доставляли научно-исследовательские суда. Однако после распада СССР этот флот значительно сократился, а многие оставшиеся суда серьёзно устарели.
Например, судно «Профессор Молчанов», которое используется для туристических рейсов этим летом, было построено в 1983 году. Возраст судна учитывается при оценке рисков и может осложнять страхование и получение разрешений.
Кроме того, судно изначально не предназначено для туристических круизов, а его использование для перевозки туристов сокращает возможности проведения научных экспедиций.
На фоне этих ограничений будет интересно наблюдать, как «Арктикуголь» планирует расширять российское туристическое присутствие на Свальбарде и «расшивать логистический узел», о котором говорил Ильдар Неверов.
Barents Observer ранее рассказывал, что к широко разрекламированным туристическим рейсам на 2026 год остаются вопросы о коммерческой эффективности.
