Два эстонца попросили убежища в России и оказались в псковском изоляторе с ужасными условиями
О двух гражданах Эстонии, которые зимой пересекли российскую границу по льду Чудского озера, ранее написала “Медиазона”. Теперь один из них рассказал журналистам в письме, что содержится в СИЗО №1 Пскова – с мышами, без отопления и без средств гигиены.
В январе и феврале 2026 года границу с Россией перешли два гражданина Эстонии – 42-летний Рандо и 25-летний Данил ("Медиазона" пишет, что их имена изменены по этическим соображениям). Гдовский районный суд Псковской области заключил обоих под стражу по делу о незаконном пересечении границы. В марте им продлили арест до 2-го июня.
12-го мая журналисты “Медиазоны” получили письмо от арестованного, которого называют Данилом. Из письма молодого человека можно понять, что оба эстонца “были на осмотре в психиатрической больнице, но в разных местах”.
По словам Данила, его возили на экспертизу в “Кресты” в Петербург, и он боится снова туда попасть, потому что там ему “делали укол”, не спросив согласия. Журналисты предполагают, что “Крестами” мужчина называет Санкт-Петербургскую психиатрическую больницу специализированного типа с интенсивным наблюдением — это учреждение расположено неподалеку от одноименной тюрьмы, закрытой в 2017 году.
“Меня признали каким-то невменяемым или душевнобольным, с чем я вообще несогласен”, — написал Данил и добавил, что готов “снова пройти проверку” в другой клинике. Кроме того, он описал условия своего заключения в СИЗО.
“Я нахожусь уже в одиночной камере, и очень холодной, — говорится в письме. — Я уже писал бумагу насчет этого и того, что очень много мышей, я просил мышеловку! Я тут быстрее заболею от холода и мышей. Отопление отключили, так вообще холодно стало. Хорошо, прошлые сокамерники подарили немного одежды, и еще кружку, ложку и тарелку. Сижу в двух штанах, в двух теплых кофтах, шерстняных носках, шапке и все равно холодно. Жду, когда же меня переведут в другую общую камеру, я уверен, там будет теплее”.
Молодой человек рассказал, что за все время в СИЗО ему только один раз выдали санитарный комплект — мыло, зубную пасту и щетку. “А вот туалетную бумагу я так и не дождался и взял от сокамерника”, — добавил Данил.
Свое решение уйти в Россию мужчина объяснил “кризисом и многими жизненными обстоятельствами”, связанными с тем, что в Эстонии, по его словам, “начали запрещать русский язык в школах, не найти работу стало”. По словам Данила, без знания эстонского он “сам себя содержать не мог” и “скорее всего остался бы бомжом”.
“Я уже давно слышал, что в России была программа по переселению, то есть я слышал, что люди уезжают жить в Россию”, — написал мужчина.
“Мне сказали, за мое нарушение от полугода до двух лет, — рассказывает Данил. — Идет уже четвертый месяц моего нахождения, не хочется из-за такого случая сидеть очень долго, так как я только пересек границу, сдался пограничникам и сразу говорил свою цель пересечения границы”.
Данил надеется, что российские власти предоставят ему “политическое убежище”, а в перспективе — гражданство.
Другой беглец из Эстонии – 42-летний Рандо – также находится в СИЗО №1 Пскова, однако как он переносит условия содержания, журналистам выяснить не удалось. На письмо “Медиазоны” от его имени ответил сокамерник, который написал, что эстонцу назначен “государственный адвокат”, и передал просьбу прислать “сигарет блок, чай, сахар, спички, кофе” и связаться с его знакомыми, чтобы те “положили денег на счет СИЗО”.
По данным медиа, кейс Рандо “производит впечатление банальной криминальной истории”. В 2007–2012 годах мужчина был несколько раз осужден за пьяные драки, кражи и разбойные нападения. Однажды он без всякой видимой причины набросился в торговом центре на незнакомого человека и ударил его кулаком в лицо.
В январе 2025 года Рандо участвовал в телешоу Märgatud Eestis, посвященном проблемам людей с особыми потребностями. Там он представился ведущему как “закоренелый преступник”. Однако он утверждал, что уже много лет “чист” и работает на стройке.
Незадолго до выхода передачи в эфир Рандо начал выкладывать в соцсети видео, в которых обвинял чиновников в сокрытии преступлений. В одном из роликов он утверждал, что все муниципалитеты и социальные службы Эстонии контролируют “крысы”, которые грабят людей, находящихся под их опекой.
Например, в декабре 2025 года Рандо утверждал, что люди с особыми потребностями в Эстонии подвергаются сексуальному насилию, а государство это скрывает. Главной темой видео стал дом престарелых в городе Валга, где, по утверждению Рандо, систематически насиловали женщин. Учитывая серьезность его обвинений, полиция провела проверку, но пришла к выводу, что преступлений, о которых говорил мужчина, не было.
При этом, Рандо был убежден, что в соседней России справедливости больше: мужчина обещал, что когда “русские придут”, он передаст им свидетельства преступлений, которые совершает “эстонская раса”, и обещал, что поедет в Россию.
По данным “Медиазоны”, Рандо несколько раз лечился в психиатрической клинике, где однажды провел больше двух лет подряд. Его родственники утверждали, что он вырос в неблагополучной семье и с юности страдал девиантным поведением.
21 апреля МИД Эстонии сообщил изданию Eesti Ekspress, что Рандо передумал искать убежища в России и обратился за помощью к эстонским дипломатам.
Статья о незаконном пересечении границы, по которой возбуждены уголовные дела против Рандо и Данила, предусматривает до двух лет лишения свободы.
Основательница комитета “Гражданское содействие” Светлана Ганнушкина, которая оказывает юридическую помощь беженцам и мигрантам, говорит, что осужденных по ней иностранцев ждет “недолгое лишение свободы или штраф, а дальше — депортация”.
Если эстонцы действительно попросили в России убежища, то, возбудив против них уголовное дело, силовики прямо нарушили статью 31 Конвенции о статусе беженцев 1951 года, полагает правозащитница.
“В соответствии с Конвенцией 1951 года, если человек обращается за убежищем, то с него снимается ответственность за незаконное пересечение границы. Таким образом, нарушается статья 31. Существует право обратиться за убежищем, и оно у нас в Конституции отмечено, это 63-я статья. Если человек после пересечения границы обращается к властям и говорит, что он хочет получить убежище, то должна начаться процедура. Все остальное может быть только после проведения этой процедуры”, — говорит Ганнушкина.