Российский рыбопромышленный магнат, судящийся с Норвегией, стремится усилить влияние в Арктике

Когда Владимир Путин посетил Камчатку на Дальнем Востоке России в начале сентября 2022 года, он провёл видеоконференцию, на которой высокопоставленному представителю Norebo было дано пять минут для выступления.

На встрече Владимир Вальтер, возглавляющий логистический департамент Norebo, рассказал о том, как компания строит портовую инфраструктуру, судоверфи и рыбоперерабатывающие заводы.

«Группа Norebo активно реализует инвестиционные проекты на Дальнем Востоке и Северо-Западе, направленные на развитие портовой инфраструктуры, в частности строительство терминалов — прежде всего в Петропавловске-Камчатском и Мурманске, — которые соединяют две конечные точки Северного морского пути», — сказал он Путину.

Однако необходима дополнительная поддержка, подчеркнул Вальтер. Он прямо призвал обеспечить льготное долгосрочное финансирование судоремонтного завода компании на Камчатке.

Владимир Путин выразил полную поддержку Norebo.

«Я считаю, что это очень важный приоритет», — сказал он. «Мы сделаем всё возможное, чтобы вас поддержать», — добавил Путин.

Norebo — самая влиятельная рыбопромысловая компания России. Её владельцем и руководителем является Виталий Орлов, самый богатый человек в российской рыбной отрасли, чьё состояние оценивается в 1,2 млрд евро, согласно Forbes (2026).

Орлов строил свою рыбопромысловую империю с 1990-х годов — первоначально вместе с партнёрами Магнусом Ротом и Александром Тугушевым, а с 2016 года является стопроцентным владельцем компании.

По данным Forbes, за эти годы в многочисленные приобретения компаний было вложено около 600 млн долларов. Norebo Holding, материнская компания, сейчас управляет как минимум 15 компаниями.

С начала полномасштабной войны России против Украины Орлов значительно расширил деятельность в сфере портового развития и судостроения.

Только в 2022 году он купил две верфи в Санкт-Петербурге и Ленинградской области. Верфи «Нева-Стапель» и «Отрадное» позволили Norebo расширить строительство новых траулеров и рефрижераторных судов.

На Камчатке Орлов активно инвестирует в терминал «Сероглазка», который, как сообщается, к 2027 году сможет обрабатывать до одного миллиона тонн контейнерных грузов в год.

В Минькино под Мурманском новый терминал Орлова «Ударник», как сообщается, способен обрабатывать 800 000 тонн контейнерных грузов. Он создан для обслуживания перевозок по Северному морскому пути, сообщает компания.

Высокопоставленные представители российского правительства и Кремля регулярно посещали объекты Орлова.

В сентябре 2024 года полномочный представитель Путина в Северо-Западном федеральном округе Александр Гуцан посетил терминал «Ударник» в Минькино. Его сопровождали губернатор Андрей Чибис и директор Norebo Holding Владимир Григорьев, сообщила местная газета.

В декабре 2023 года губернатор Чибис сопровождал федерального министра промышленности и торговли Дениса Мантурова во время посещения верфи «Отрадное» в Санкт-Петербурге.

В декабре 2021 года заместитель председателя правительства России и полномочный представитель Путина на Дальнем Востоке Юрий Трутнев посетил судоремонтный завод Norebo на Камчатке. На фотографиях с визита Трутнев запечатлён вместе с Виталием Орловым и Владимиром Вальтером, а также министром по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексеем Чекунковым и региональным губернатором Владимиром Солодовым.

Новые верфи, контролируемые Виталием Орловым, позволяют ему пользоваться щедрой федеральной программой поддержки судостроительной отрасли. Так называемая программа инвестиционных квот призвана способствовать строительству российских траулеров.

По словам руководителя Росрыболовства Ильи Шестакова, к ноябрю 2025 года в рамках программы было построено 48 судов. Из них 25 — рыболовные суда, а 23 — краболовные, сообщил он на встрече с Владимиром Путиным. Кроме того, за этот период было построено 30 рыбоперерабатывающих заводов. По словам Шестакова, в 2026 году будут построены ещё 24 судна — 13 рыболовных и 11 краболовных.

Судостроительные верфи Виталия Орлова обеспечивают значительную долю новых судов. Как сообщается, в конце 2023 года на двух верфях в Санкт-Петербурге строилось не менее 12 судов.

Путин неоднократно выражал поддержку рыбной отрасли.

«Я уверен, что российская рыбная отрасль — несмотря на все внешние вызовы и попытки оказывать давление санкциями — будет продолжать уверенно развиваться и укреплять свою конкурентоспособность. И государство, безусловно, окажет компаниям и их трудовым коллективам необходимую поддержку для решения первоочередных задач», — заявил он в июле 2022 года.

Это заявление Путин сделал, присутствуя на церемонии ввода в эксплуатацию трёх новых траулеров в Санкт-Петербурге, среди которых был «Капитан Соколов» компании Norebo.

По данным журналистов-расследователей Центра «Досье», Виталий Орлов и принадлежащая ему Norebo связаны с людьми, близкими к Кремлю. Сообщается, что юрист Николай Егоров, бывший одноклассник Владимира Путина, помог Орлову получить крупные кредиты от государственного Сбербанка. По данным «Досье», Сбербанк предоставил Norebo займы на сумму, почти в полтора раза превышающую стоимость самой группы. Именно это позволило Norebo продолжать агрессивную экспансию, заключается в расследовании.

Когда журналисты «Досье», все они живут в эмиграции, запросили комментарий у Norebo, им сообщили, что они получат ответы только в том случае, если лично придут в мурманский офис компании.

Тесные связи между Norebo и российскими властями обернулись против компании после начала агрессивной войны против Украины и усиления враждебной деятельности России, направленной против соседних стран.

В мае 2025 года компанию включили в санкционный список ЕС за предполагаемое участие в разведывательной деятельности.

По данным Совета ЕС, суда Norebo занимаются шпионажем.

«Маршруты движения [судов Norebo] были связаны, в том числе государствами-членами ЕС и властями третьих стран, с проводимой при поддержке российского государства кампанией наблюдения, в которой гражданские рыболовные траулеры, среди прочего, используются для выполнения разведывательных задач, направленных против гражданской и военной инфраструктуры в Северном и Балтийском морях. Эта деятельность может способствовать будущим диверсионным операциям. […] АО „Норебо“ также получило несколько кредитов от Сбербанка, российского государственного банка».

В июле 2025 года Норвегия последовала примеру ЕС и ввела санкции против Norebo, фактически запретив компании заходить в норвежские порты и находиться в норвежских водах.

Впоследствии Norebo подала в суд на норвежское государство. Кроме того, компания угрожала норвежским газетам, в том числе Fiskeribladet и Barents Observer, судебными исками из-за их материалов о компании.

*

В связи с этой статьёй Barents Observer направил компании Norebo несколько вопросов. Мы запросили комментарии относительно планов компании по перевозкам по Северному морскому пути и строительству новых траулеров, предполагаемых отношений между Виталием Орловым и адвокатом Николаем Егоровым, а также последствий международных санкций для деятельности компании. Мы также запросили комментарий по поводу иска Norebo против норвежского государства, а также угроз в адрес норвежских медиакомпаний.

Адвокат Norebo Майкл Льюис из лондонской юридической фирмы Devonshire Solicitors направил ответы на вопросы 2 октября в 18:34.

Льюис подчёркивает, что Norebo не предоставили достаточно времени для ответа на вопросы до публикации статьи.

О перевозках по Северному морскому пути

Льюис пишет:

Norebo занимается рыболовством и производством морепродуктов. Дальние морские перевозки осуществляются независимыми третьими сторонами, а не Norebo. Развитие инфраструктуры, обслуживающей торговлю морепродуктами, — это не то же самое, что организация дальних морских перевозок. В вашей статье следует чётко разграничить эти понятия.

О ледовом классе новых траулеров

Относительно ледовых характеристик новых траулеров Льюис пишет:

Новые траулеры Norebo имеют характеристики ледового класса, сопоставимые с аналогичными коммерческими рыболовными судами, эксплуатируемыми норвежскими, исландскими, фарерскими и другими европейскими компаниями. Это рыболовные суда, а не ледоколы. Их характеристики предназначены для безопасного ведения промысловой деятельности.

Об предполагаемой связи Виталия Орлова и Николая Егорова

Льюис пишет:

Это утверждение не соответствует действительности. У господина Орлова нет отношений с господином Егоровым, о которых говорится в статье. Господин Егоров не организовывал и не содействовал получению Norebo финансирования от Сбербанка. Он не имеет прямой, косвенной или неформальной доли собственности в Norebo.

Кредиты Norebo в Сбербанке были обычными коммерческими кредитами, полученными на рыночных условиях и на принципах независимости сторон. Они не были обеспечены через господина Егорова или благодаря политическому покровительству. Ни Norebo, ни господин Орлов не имеют личных, политических или финансовых отношений с президентом Путиным. Norebo полностью принадлежит частным владельцам. Утверждение о том, что расширение коммерческой деятельности компании стало результатом упомянутого в вашей статье политического покровительства, является ошибочным.

Льюис также категорически отвергает информацию, опубликованную «Досье», на которое ссылается статья:

Утверждение «Досье» о том, что господин Егоров неформально владел 10% Norebo, также является ложным. Само «Досье» прямо признало, что его источник не предоставил никаких документов, подтверждающих наличие такой доли. Поэтому это неподтверждённое документами утверждение не может использоваться как доказательство в поддержку вашего заявления о том, что господин Егоров обеспечил Norebo финансированием.

О влиянии международных санкций на деятельность компании

Льюис пишет:

Во избежание сомнений: эти санкции не требуют от Norebo прекращения деятельности по всему миру. Они ограничивают операции с участием лиц, компаний и видов деятельности, находящихся под юрисдикцией соответствующих санкционных режимов. Norebo ориентируется на внутренний рынок, поставляя российским потребителям питательные морепродукты. Компания продолжает оспаривать санкции в установленном законом порядке.

Об утверждениях о предполагаемом участии Norebo в разведывательной деятельности

Льюис категорически отвергает информацию о предполагаемом участии Norebo в разведывательной деятельности:

В вашей статье повторяются утверждения о том, что суда Norebo ведут шпионскую деятельность в интересах российского государства и что эта деятельность может способствовать будущим диверсиям. Эти утверждения ложны. Norebo не занимается шпионажем, а её суда не использовались для упомянутого наблюдения, организованного российским государством, или для содействия диверсиям. Norebo оспаривает санкции, введённые на основании этих утверждений.

Об иске против норвежского государства

Относительно судебного разбирательства против Норвегии Льюис пишет:

В вашей статье говорится, что Norebo подала в суд на норвежское государство, тогда как в заголовке господин Орлов представлен как человек, судящийся с Норвегией. Судебное разбирательство инициировали компании, входящие в группу Norebo, а не лично господин Орлов.

Упомянутый в вашей статье судебный материал касается ходатайства о принятии временных обеспечительных мер в отношении рыболовных лицензий. Это ходатайство является отдельным от основного судебного разбирательства. Эти два процесса не следует смешивать.

Об угрозах в адрес норвежских СМИ

Относительно утверждения о том, что Norebo «угрожала норвежским газетам», включая Fiskeribladet и Barents Observer, Льюис пишет:

Такое описание не отражает ни сути предпринятых юридических действий, ни причин, по которым они были предприняты.

Fiskeribladet получил официальное досудебное письмо, в котором были указаны конкретные утверждения, являющиеся ложными, порочащими репутацию и существенно вводящими в заблуждение. В письме объяснялась суть претензий, содержались требования об устранении нарушений и указывалось, что в случае отсутствия решения спор может быть передан в суд.

Что касается Barents Observer, господин Орлов уже подал иск и официально уведомил об этом издание. Поэтому речь идёт не просто об угрозе Norebo подать в суд.

Norebo не возражает против точного освещения санкций или обоснованной критики. Возражения компании касаются ложных утверждений и представления общих заявлений о российских рыболовных судах как доказательств против Norebo без фактических оснований, непосредственно связанных с Norebo. Требование исправить информацию и, при необходимости, обращение к юридическим средствам защиты не являются попыткой препятствовать законной журналистской деятельности.