В Киркенесе отменили Barents Pride
Организаторы заявили, что не хотят подвергать риску представителей ЛГБТ из России. Участники прайда прошлых лет утверждают, что в состоянии самостоятельно позаботиться о своей безопасности.
Ивану из Москвы чуть за тридцать. Он работает в IT, и у него есть все, что могло бы считаться признаками успешной жизни. Но у Ивана нет главного –– свободы. Потому что Иван — гей, и он вынужден скрывать свои отношения из опасений травли.
Поездки на прайд в Киркенес (куда он ездил трижды –– тайком, с перелетами через третьи страны) были для мужчины, по его словам, глотком свежего воздуха. Иван гулял по улицам норвежского городка и открыто знакомился с ЛГБТ-людьми. Концерты, выставки, свободное общение и даже полиция, которая обеспечивает твою безопасность, — все это был так не похоже на жизнь квир-людей в России. Весь минувший год Иван мечтал, как приедет в Киркенес снова. Но в 2026 году Barents Pride отменили.
«В последние годы у меня и так отняли слишком много: друзей, свободную информацию, базовое ощущение безопасности, возможность путешествовать и даже просто трудиться –– многие сервисы после блокировок функционируют через раз. А главное — отняли надежду на какое-то сносное будущее. После отмены прайда у меня появилось ощущение, что мы все тонем в море, и у нас забрали даже тот спасательный круг, за который мы могли немного подержаться».
О том, что традиционный — десятый по счету — Barents Pride не состоится, его организатор –– Arctic Pride Tromsø –– сообщил 15 сентября. Авторы пресс-релиза утверждают, что выражают солидарность с ЛГБТ-сообществом в России, однако очень обеспокоены безопасностью российских участников. В организации добавили, что прайд в муниципалитете Сёр-Варангер, может быть, и состоится, но «не по той же модели, что и раньше».
«Мы продолжим отстаивать интересы тех, кто все меньше и меньше способен отстаивать свои собственные, но мы должны делать это таким образом, чтобы не подвергать риску людей, которых мы хотим поддержать», — заявил генеральный директор Arctic Pride Хьетиль Корнелиус Квитеберг.
На практике это означает, что мероприятие, если его удастся организовать, пройдет без участия россиян — а ведь это было главной особенностью Barents Pride. Квир-люди были в восторге от того, что могли собраться в 15 минутах езды от российской границы без страха быть пойманными Росгвардией, пусть даже им приходилось делать для этого огромный крюк.
«Не надо изображать папу или маму, которые помогают мне жить»
Barents Pride проводился с 2017 года. В Киркенес, за 400 километров от Полярного круга, ежегодно приезжали десятки квир-людей из России. В течение нескольких дней здесь проходили концерты, выставки, дискуссии и семинары и, конечно, сам парад. В местном лютеранском храме проводили «Радужную мессу» — литургическую службу в честь объединения людей и поддержки ЛГБТ-сообществу.
Одним из заметных событий был перформанс возле российско-норвежской границы: люди, вынужденные молчать и скрывать свою идентичность в России, высказывали всё, что думают о своем государстве. Правда, многие это делали с закрытыми лицами: им же еще предстояло возвращаться. Вынужденные меры безопасности превращали в высказывание — если уж государство объявило тебя вне закона, почему бы не довести это до абсурда?
В течение месяца Barents Observer пытался узнать у организаторов, почему в прошлом году проведение прайда было возможным, а в этом –– нет. Несуществующее «Международное движение ЛГБТ» признали экстремистским в 2023 году, тогда же вступил в силу запрет на «смену пола», и с тех пор законодательство в отношении квир-людей не ужесточалось. Допрашивать участников прайда на российской границе начали в первый же год проведения мероприятия. Иными словами, риски не выросли. Ответа на вопрос Barents Observer не получил –– только общие слова об усилении давления на квир-персон в России.
Такая позиция совершенно не устраивает бывших участников прайда.
«В России как? Ты можешь что-то сделать — и все будет нормально; ты можешь ничего не делать, но получить при этом срок. Это русская рулетка, — объясняет трансмужчина из Тромсё Прохор Гусев. — И когда кто-то говорит: мы не будем проводить мероприятие, потому что беспокоимся о тебе и твоей судьбе… Ребят, вы меня этим не спасете, это так не работает. Не надо изображать папу или маму, которые помогают мне жить».
Прохор Гусев переехал в Норвегию несколько лет назад. Ему повезло: он успел совершить переход и поменять документы в России тогда, когда это было возможно. Сегодня жизнь российских трансперсон не просто усложнилась — они фактически находятся под запретом. В Европе об этом знают, но знание не равно пониманию, говорит Прохор.
«Как репрессии влияют на мою жизнь? Я ведь могу и не ходить по России с радужным флагом, в чем проблема? Да, но мой брак может быть расторгнут, мои документы могут быть аннулированы, я не получаю медицинскую помощь и так далее. И такие вещи становятся понятными только при личном общении» –– подчеркивает Прохор.
По его словам, Barents Pride — был особенным мероприятием. «Это был явный знак для российской системы: смотрите, у вас под боком люди живут свободно, любят свободно, да еще и показывают это. Россия и другие патриархальные государства пытаются сделать ЛГБТ-комьюнити невидимым, стереть идентичность. И мы выходили с радужным флагом за тех, кто не мог этого сделать».
«Barents Pride нельзя просто заменить»
Barents Pride нельзя просто заменить другим мероприятием», — говорит норвежка Конни. Она –– квир-персона из Киркенеса, и утрата прайда ее тоже сильно огорчает.
Активистка уверена: чем глубже пропасть между Норвегией и Россией, чем хуже положение квир-людей по ту сторону границы — тем важнее поддерживать их и давать им возможность высказаться.
«Я испытываю огромное уважение к российским ЛГБТ-представителям, которые принимали участие в прайде, –– говорит Конни. –– Их присутствие символизировало мужество, но также и надежду. Как раз в то время, когда у российских ЛГБТ-людей все меньше возможностей быть заметными и встречаться с ЛГБТ-людьми за границей, одна из площадок, символизировавших эту связь, прекращает существование».
В Arctic Pride заявили, что сейчас местные активисты заняты организацией прайда в Киркенесе «для своих». Когда он состоится и состоится ли вообще –– неизвестно.
